Главная » Новости » О гербе России и моём Советском Союзе (к 25-летию распада СССР). Реплика Петра Лидова

О гербе России и моём Советском Союзе (к 25-летию распада СССР). Реплика Петра Лидова

О гербе России и моём Советском Союзе (к 25-летию распада СССР). Реплика Петра Лидова

Тема сегодняшней реплики возникла, откуда не ждали. Лидер "Ночных волков" Александр Залдостанов, он же Хирург, обратился к президенту России с идеей видоизменить российский герб.

Он, по задумке байкера, должен представлять из себя двуглавого орла, над головами которого находится пятиконечная звезда, в обрамлении из золотых колосьев. Большинство комментаторов над идеей Залдостанова посмеялись, а на мой взгляд сделали они это зря. Композиция и правда спорная, но именно несочетаемость символов разных эпох заставляет задуматься о более важных вопросах.

Какое отношение имеет Советский Союз к сегодняшней России? Кстати, в этом году – 25 лет со дня распада СССР. Является ли сегодняшняя Россия частью страны советов, логичным её продолжением? Тема, что и говорить, неподъемная, но имею же я право посмотреть на неё на основе личных впечатлений — только того что я сам видел или пережил.

Основания у меня для этого есть. Я родился в 1969 году и первые 22 года моей жизни прошли в СССР, а вторая половина — в России. И если просто сравнить мои собственные впечатления от жизни в Советском Союзе с сегодняшними, то я, возможно, хотя бы для себя, найду ответ на вопрос, прав Хирург в своей глубинной концепции герба или не прав.

Начну вспоминать с идеологии. В СССР она была эффективно доведена до каждого в чётких и понятных лозунгах, самый распространенный из которых — "Пролетарии всех стран, соединяйтесь". Он был написан и на гербе страны и на деньгах. Кроме этого у каждого городского жителя был дом напротив, с крыши ежедневно сообщавший, либо, что "Наша цель — коммунизм", либо что наша внешнеполитическая доктрина это "Миру – мир".

Но, в моем ребяческом окружении с идеологией в период моего становления как личности была серьёзная проблема. Мы относились к ней, как правилам, которые малопонятны. Но вроде бы все договорились их соблюдать, вот и соблюдаем.

Когда мне было десять лет меня, не знаю уж по каким критериям, назначили от нашей школы быть в числе детей, которые во время первомайской демонстрации забегают на мавзолей и вручают цветы стоящим там лидерам партии — была такая традиция.

Для того, чтобы попасть в этот отряд, мне нужно было пройти два собеседования — в райкоме комсомола и в райкоме партии. Вопросы были простые, но был нюанс. Важно было сказать, что мои родители — рабочие: папа — токарь и работает на заводе "Серп и молот", а мама — ткачиха-ударница. Сами понимаете, к реальным профессиям моих родителей это, мягко говоря, не имело никакого отношения.

С цветами и мавзолеем, кстати, в результате, не сложилось, — я прогулял репетицию и был отчислен из отряда достойных детей пролетариата.

Экономика. Она, как известно, была государственная и плановая. На каждом шагу звучало "Сделать что-то сверх плана". Это считалось трудовым героизмом, но у меня лично всегда вызывало вопросы, и в классе восьмом я даже спорил с учительницей: если есть план, то зачем делать сверх плана? Куда потом это "сверх плана" девать? К чему прикручивать? Тогда ведь где-то должны сделать и то к чему прикручивать, тоже сверх плана, а откуда они знают сколько нужно такого сделать? А если знают, значит это уже план, и тогда это уже не сверх плана…

Национальности. Этот вопрос как-то вообще до распада СССР для меня не существовал. Я не сильно разбирался в том, кто какой национальности у нас в классе, о существовании их узнал, кажется только лет в 14, но значения не придавал. Когда бывал на Украине, в Грузии, даже в Эстонии — было ощущение единой страны.

Однажды, правда, где-то под Киевом местная женщина, показывая на мужчину, сказала: "смотри, брови как у вашего Брежнева". Я тогда сильно удивился и даже слегка обиделся — почему «вашего"? Брежнев-то у нас общий.

Потом смерть Брежнева в 1982-м произвела на меня сильное впечатление — я же все 13 лет прожил при нём. Спросил у мамы, что теперь будет, она сказала, чтоб я не волновался — линия партии останется неизменной. Когда я рассказал ей об этом спустя 33 года, она сильно смеялась — человек неангажированный и беспартийный такого, говорит, и подумать не могла. Но то я помню.

В школе, находившейся в Киевском районе Москвы, мы внеклассно изучали украинскую культуру — на это даже была специальная наглядная агитация. Песню "Реве та стогне Днипр широкий" помню наизусть до сих пор.

Традиции. Праздники по большому счёту не поменялись. Главный — естественно, Новый год, он вообще абсолютно такой же. "Ирония судьбы", оливье, бой курантов, "Голубой огонёк" и прочие атрибуты на месте и ощущения те же. И артисты в телевизоре поменялись, кажется всего процентов на 30.

Ещё мне очень нравилось смотреть парад по телевизору — он обычно был 7 ноября, поэтому и праздник нравился. 9 мая был, наверное, самым торжественным из всех, потому что было много ветеранов и на улицах, и в школах, многие были в военной форме. И, конечно, 8 марта — это, понятно, святое.

Телевидение было похоже на сегодняшнее. Сначала там рассказывали всегда что-то хорошее, о том, как удачно собрали урожай и как успешно строится БАМ, как победили наши спортсмены, как налаживается мирная жизнь в Афганистане. Потом была перестройка и стали открыто обсуждать всякое, но как-то постепенно. Появились всевозможные ток-шоу и разные точки зрения.

Мой Советский Союз — это ощущение незыблемости огромной страны, несмотря на общий бардак. Полное несоответствие того что пишут в газетах с тем, что на полках магазинов. Я как-то 8 часов провел в очереди за кроссовками, и мне достались только на размер меньше.

Это когда живешь и знаешь, что легче полететь в космос, чем побывать за границей. А их музыка, рок, естественно — это и есть в каком-то смысле космос, но более доступный.

Это уверенность в том, что наша армия — самая сильная в мире, наша история состоит строго из побед и подвигов, а учёные, артисты и спортсмены, особенно хоккеисты — без вопросов — лучше всех. Никакого культа личности и репрессий в моём СССР и близко не было. Так что все это очень похоже на мою сегодняшнюю Россию, она мне тоже очень нравится.

Прав, выходит, Хирург — получается, что воображаемый герб моей страны хоть и без серпа и молота, но с колосьями и со звездой. А у вас как?